Размер шрифта Цвет:       Доп. настройки: Обычная версия сайта

Интервал между буквами и строками: Стандартный Средний Большой

Свернуть настройки Шрифт: Arial Times New Roman

Если вы обладаете любой информацией о совершенных или готовящихся терактах, просьба обращаться в ФСБ России по телефонам:
+7 (495) 224-22-22 8 (800) 224-22-22
Для получения информации о порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию российских и иностранных граждан (лиц без гражданства), выдачи пропусков для въезда (прохода) лиц и транспортных средств в пограничную зону, выдачи разрешения на неоднократное пересечение иностранными судами государственной границы Российской Федерации на море обращаться в ВЕБ-ПРИЕМНУЮ ФСБ России

Для получения справочной информации обращаться в ПОГРАНИЧНЫЕ ОРГАНЫ

И ОДИН В ПОЛЕ ВОИН...

Павел ХАЗОВ
07.05.2003
Военная прокуратура вернула имя советскому разведчику

Вряд ли среди читателей нашей газеты найдется человек, который бы не смотрел захватывающие фильмы о советских разведчиках, внесших немалый вклад в дело победы: "Семнадцать мгновений весны", "Щит и меч", "Путь к Сатурну", "Вариант "Омега", да и многие другие ленты давно полюбились зрителям. Герои кинофильмов поражали нас своим мужеством, умом, патриотизмом и, наконец, просто человеческим обаянием. А актеры, сыгравшие разведчиков, становились народными любимцами. Несмотря на то что сюжеты кинофильмов настроены на реальных событиях ВОВ, образы героев, как правило, собирательные. Эпизоды их разведдеятельности в реальности принадлежат десяткам, сотням советских разведчиков.

Итак, фильм показан. Он произвел впечатление. А что дальше? Как сложилась судьба героя? Кем он стал после победного 45-го?

Увы, многие наши штирлицы и иоганы вайсы после возвращения из фашистского тыла оказались "предателями", "шпионами", "изменниками Родины", были осуждены военными трибуналами и репрессированы особым совещанием при НКВД СССР к различным срокам заключения, а некоторые и к высшей мере наказания.

История злоключений советского офицера, приведенная ниже, служит ярким подтверждением этой печальной истины.

Судьба Юрия - это обычная военная судьба честного фронтового офицера. Вначале военная служба рядовым по призыву, затем военное учебное заведение - командирская подготовка.

Как и подавляющее большинство советских людей, весть о начале войны Юрий Гордон воспринял как личное горе. Участвовал в боях с первого дня войны. Служба на должностях от первичной офицерской до начальника штаба батальона. Ранение. Правительственная награда за успешный вывод войск из окружения.

Причем здесь агентурная разведка? А это случилось позже. Хотя задания по фронтовой разведке Гордон и его подчиненные выполняли и раньше. Более того, к началу 1943 года гвардии капитан (кстати, звание он получил досрочно) Гордон занимал должность начальника разведки 6-й гвардейской механизированной бригады.

4 февраля 1943 года при выполнении боевого задания по разведке огневой системы противника в степи в районе хутора Бесергеневка на реке Аксай Гордон был снова ранен и попал в плен.

Из протокола допроса: "Одновременно со мной боевую задачу выполняли начальники разведок двух других бригад корпуса. Моя группа выполняла, кроме всего, демонстративную задачу, причем приказ ком-кора гласил, что я не имею права оставлять позиции без ведома командования. Ночью моя группа из 60 человек вышла на выполнение задания. Но еще при подходе к хутору на льду Аксая мы были обнаружены противником и понесли значительные потери. Тем не менее, мне удалось добраться до первых строений хутора и с остатками отряда занять оборону".

Протокол этот появится намного позже. В апреле 1944 года в управлении военной контрразведки Черноморского флота. А тогда, в феврале 43-го, раненый в ногу офицер Советской Армии оказался в плену. Бежать из колонны военнопленных, когда вокруг вооруженные немецкие солдаты - дело почти безнадежное. Однако Гордону это удается. В голове пульсировала одна мысль - к своим. Во что бы то ни стало через линию фронта. Произошел побег в его родных местах, неподалеку от города Екакиево, откуда сам он был родом.

Раненая нога не позволила ему далеко уйти, поэтому две недели он прятался у местных жителей. Здесь офицера постиг еще один удар. Знакомые поведали ему, что его родителей и сестру фашисты расстреляли. За что? Да ни за что. За то что евреи. Сам он, понимая, что нацисты не жалуют представителей его нации, при пленении назвался Юрием Николаевичем Ефимовым, сыном крымского татарина, благо при себе в тот момент у него не было личных документов. Видимо, это и спасло ему жизнь. (Как выяснилось позже, семья Гордона не была расстреляна, а успела эвакуироваться до прихода немцев).

Одну за другой совершает Гордон-Ефимов попытки пересечь линию фронта, но безуспешно. Он принимает решение пробираться в Мариуполь - там он надеялся встретить знакомых по мореходному училищу, в котором обучался до призыва на военную службу, и с их помощью перебраться на советскую сторону. Все планы спутал тиф. Месяц он провел на койке в больнице Елановских карьеров, в которой его по окончании курса лечения арестовала немецкая жандармерия. Таким образом он вновь оказался в немецком плену.

О каждом из пленных немцы собирали подробные биографические данные. Когда о Гордоне стало известно, что он судоводитель и знает акваторию Черного и Азовского морей, немцы откомандировали его вместе с другими двумя десятками пленных в часть N 47285, которая, как впоследствии стало известно, являлась подразделением военно-морской разведки под кодовым названием "Нахрихтен-Беобахтер". Эта часть под командованием старшего лейтенанта Цирке занималась разведывательно-диверсионной деятельностью в районе Азовской акватории.

Об обстоятельствах и причинах поступления на службу к немцам Гордон на допросах рассказал следующее: "По существу это не была вербовка. По лагерю объявили, чтобы все моряки построились, а когда все имеющие отношение к морю выстраивались, их опрашивали... и просто уводили из лагеря. Многие попадали и без морской специальности.

...Я добровольно поступил не в разведку немцев, а в военно-морскую часть, оказавшуюся позже, как я узнал, разведгруппой Цирке. Я поступил в немецкую часть добровольно, потому что не хотел возвращаться в лагерь военнопленных и считал, что служба у немцев давала возможность при удобном случае перейти на сторону наших советских войск. Я не ставил перед собой задачи бороться с Советской властью и помогать врагу. Уйти из немецкой военно-морской разведки я не мог в силу того, что это означало бы лишиться жизни. Кроме того, я решил действовать на свое усмотрение и, имея кое-какой опыт в разведывательной работе, собрать сведения, с которыми потом перейти на сторону советских войск".

Катер "WM", на который он попал в качестве матроса, занимался тем, что перебрасывал шпионов и диверсантов через Азовское море в тыл Красной Армии, а поэтому вплотную приближался к берегам, на которых были наши части. Несомненно, у него была возможность (хотя бы и мизерная) вернуться на освобожденную территорию. Но как опытный разведчик он не мог недооценить того факта, что за непродолжительный период времени он станет обладателем достоверной информации о засылаемой в наш тыл немецкой агентуре. Видимо, Гордон понял, что именно здесь он сможет принести огромную пользу советскому командованию. Вопрос упирался в один существенный недостаток - отсутствие какой бы то ни было связи с нашими.

Тогда Юрий пошел другим путем. Он начал искать единомышленников среди тех, кого немецкая разведка завербовала в качестве агентов. Риск нарваться на провокатора был чрезвычайно велик. И Гордон начал изучать тех, кто должен был быть заброшен в тыл Красной Армии. Вскоре ему удалось установить контакт с двумя агентами разведцентра, бывшими военнопленными Геращенко и Коровиным. Гордон уговорил их не работать на фашистов, а, оказавшись в тылу Красной Армии, добровольно прийти в военную контрразведку "Смерш". Через этих людей Юрий Михайлович и надеялся установить контакт с советским командованием.

Сработало! Оба диверсанта, оказавшись на советской территории, первым делом направились в контрразведку. Под контролем смершевцев они "выполнили" все задания фашистов и снова вернулись в подразделение господина Цирке, но уже в качестве сотрудников советской контрразведки. Именно эти люди передали задание Юрию Гордону от руководства разведуправления Черноморского флота. Связь была налажена.

Во многом благодаря Гордону советское командование получало ценные сведения о дислокации немецких подразделений, о немецкой агентуре, переброшенной в тыл для оседания на советской территории.

В результате ряда успешных наступательных операций, проведенных советским командованием в ходе кампании 1943 года, немцы были вынуждены отступать, проводя при этом переформирование своих частей и органов управления, в том числе и разведывательных подразделений. В связи с этим немецкое командование откомандировало Гордона во Францию в состав формировавшегося добровольческого национального легиона. Это подразделение, впоследствии переименованное в Туркестанский легион, формировалось из уроженцев Средней Азии, Кавказа, тех, естественно, кто стал предателем, кто готов был сотрудничать с немцами. Гордон, числившийся по анкете крымским татарином, также был направлен в это формирование. Куда могли забросить этот легион, никто не знал. То ли в Северную Африку, то ли в Италию, то ли на один из островов Средиземного моря.

Гордон прекрасно понимал, что, попав в Туркестанский легион, он автоматически потеряет связь с Родиной, перестанет быть полезным ей в борьбе против врага (что никак не входило в его планы). Эшелон, в который погрузили будущих легионеров, направился на запад. Через несколько дней их выгрузили во французском городе Милау и объявили, что в ближайшее время морем всех туркестанцев доставят в порт Безерта. Сложить голову за Гитлера где-то в африканской пустыне? Нет, такая перспектива не устраивала советского разведчика. Выход был один - бежать.

Совершив побег из Милау, Гордон направился в Марсель. Там он обратился к военному коменданту, которому сообщил, что ранее служил в военно-морской разведке, а в настоящее время отстал от эшелона. Гордон сумел убедить немецкого коменданта в том, что он необходим рейху именно там, на восточном фронте, как сотрудник военно-морской разведки и вскоре опять оказался на берегу Черного моря. При этом он сумел внедриться в немецкие контрразведывательные структуры и выйти на связь с советскими контрразведчиками. В Николаеве и Одессе, где приходилось бывать Гордону, он несколько раз встречался с сотрудником контрразведки Черноморского флота А.Я. Апанасенко, который выполнял здесь задания советского командования. Более того, накануне заброски на оккупированную территорию командование разведуправления флота рекомендовало ему использовать Гордона в качестве агента. В результате от него были получены сведения о вражеской агентурной группе, оставленной в Мариуполе, о местонахождении в Одессе штаба разведгруппы предателя Рыкова, о расформировании в Николаеве группы Цирке, подготовке в Одессе Рыковым группы разведчиков для оставления в тылу Красной Армии, а также другая ценная разведывательная информация.

Понимая, что Гордон обладает важными сведениями, Апанасенко дал указание ему не отступать вместе с немцами из Одессы, а скрыться и, дождавшись прихода частей Красной Армии, прибыть в военную контрразведку ЧФ, где доложить всю известную ему информацию о противнике.

Апанасенко сообщил ему пароль, с которым его должны были принять не как предателя, а как советского разведчика. Казалось, все кончено. Можно вернуть себе честное имя и продолжить добивать фашистов в составе действующей армии... Но все обернулось иначе. Органами военной контрразведки "Смерш" в 1944 году Гордон был обвинен по ст. 54-1 "б" УК УССР, т.е. в измене Родине. В обвинительном заключении указаны все его злоключения, описанные выше. Были здесь отмечены и его заслуги как советского разведчика. То есть, вопреки бытующему мнению, никаких лживых измышлений в обвинительном заключении не содержалось. Все указанные факты подтверждаются материалами дела. Тем не менее, следователи контрразведки уже не выпустили его из своих рук. По постановлению Особого совещания НКВД СССР от 10 января 1945 года Юрий Матвеевич Гордон был заключен в ИТЛ сроком на 5 лет. 17 мая 1950 года, находясь после отбытия наказания в ссыльном поселении в Удерийском районе Красноярского края, он скончался. Наверное, так никто бы и не узнал о печальной судьбе советского офицера, патриота, разведчика, если бы не принятый в октябре 1991 года Закон РФ "О реабилитации жертв политических репрессий".

В результате пересмотра архивного уголовного дела 29 марта 2002 года в Главной военной прокуратуре был сделан вывод о том, что предварительным следствием по делу не только не подтверждена вина Гордона в измене Родине в виде шпионажа, выдачи военной и государственной тайны, но и достоверно доказаны факты его честной и добросовестной деятельности в интересах советской разведки и контрразведки.

Так, спустя пятьдесят лет после его смерти, было восстановлено доброе имя еще одного защитника Отечества, волею случая оказавшегося в плену, но не павшего духом и нашедшего в себе силы продолжать сражаться с врагом в его тылу и быть полезным Родине.

Павел ХАЗОВ, военный прокурор Управления реабилитации жертв политических репрессий Главной военной прокуратуры

Телефон доверия:
(495) 224-2222 (круглосуточно)

107031, г.Москва,
ул.Большая Лубянка, дом 1

Веб-приемная

© Федеральная служба безопасности Российской Федерации, 1999 - 2021 г. При использовании материалов ссылка на сайт ФСБ России обязательна.