Распечатать   Закрыть окно
ПРИРОДА ПРЕДАТЕЛЬСТВА
09.11.2000

Николай Петухов

"Парламентская газета (Москва)". 09.11.2000 года

Подонки, уличенные в распродаже Родины, предпочитают называть себя провозвестниками гласности и демократии. На самом же деле они обычные корыстолюбцы, которыми движут жадность и стремление к личной выгоде.

Николай Александрович Петухов, заместитель председателя Верховного суда Российской Федерации. Работает в системе военных судов с 1965 года. С 1984 года - судья Военной коллегии Верховного суда СССР. В 1989 году назначен председателем Военной коллегии Верховного суда. С 1992 года возглавляет Военную коллегию Верховного суда Российской Федерации. Генерал-полковник юстиции, кандидат юридических наук, заслуженный юрист России.

- Николай Александрович, как часто слушаются в судах уголовные дела, связанные с преступлениями против основ конституционного строя и безопасности государства - о государственной измене и шпионаже? Растет или уменьшается их число по сравнению, скажем, с тем, что было 10-15 лет назад?

- В последнее время наблюдается некоторое снижение количества дел, рассматриваемых судами общей юрисдикции, в том числе и военными судами, о шпионаже и государственной измене. С чем связано это явление, скорее могут объяснить органы, в обязанности которых входит выявление и раскрытие данных преступлений.

Вместе с тем характер преступных действий, совершенных осужденными по таким делам, не сильно отличается друг от друга. Обычно эти лица, имея по службе доступ к секретной информации и желая заработать на ней, по собственной инициативе входили либо пытались войти в контакт с иностранными разведками для продажи имеющихся у них сведений. Встречаются случаи, когда будущие подсудимые вербуются для шпионской работы с помощью шантажа или иных нехитрых приемов, неоднократно описанных в художественной литературе и показанных в различных кинофильмах. Причем успеху здесь, как правило, способствует не мастерство вербовщиков, а низкие моральные качества вербуемых.

- То есть все осталось без изменений?

- Не совсем так. Появилась одна весьма любопытная тенденция. С изменением общественно-политического строя в стране лица, уличенные в распродаже Родины, стали чаще пытаться объяснить свои действия якобы имевшимися у них намерениями способствовать установлению гласности и демократии. Хотя на самом деле истинным мотивом их деятельности, как правило, является корысть. И вот что интересно: у таких "героев" сразу появляется множество добровольных защитников, которые поднимают вокруг дела шумную пропагандистскую кампанию, пытаясь тем самым оказать давление на органы следствия и суд.

- И за примерами далеко ходить не надо?

- Не надо. Один из предателей - таково его собственное Мнение - даже считает себя писателем мирового масштаба. Я имею в виду бывшего советского офицера Резуна, который после бегства за границу опубликовал ряд псевдоисторических романов под псевдонимом Виктор Суворов. Пытаясь представить себя героем, рискующим жизнью за свои убеждения, Резун неоднократно заявлял, что заочно осужден Военной коллегией Верховного суда СССР к смертной казни. Могу с достоверностью сказать, что этого человека суды Советского Союза и России никогда не судили и дело в отношении него ни в Военную коллегию Верховного суда СССР, ни Российской Федерации никогда не поступало.

Вместе с тем в недавнем прошлом выносился заочный приговор изменнику Родины. 14 ноября 1985 года Военная коллегия Верховного суда СССР заочно осудила к смертной казни за измену Родине в форме шпионажа полковника Олега Гордиевского, который, почувствовав близость провала, тайно бежал в Англию. Больше подобных приговоров в новейшей истории Военной коллегии не было.

- Изменилась ли за последние годы законодательная база по подобным видам государственных преступлений? Насколько отличаются статьи нового Уголовного кодекса от кодекса прежнего? Не усложняют ли они принятие судебных решений?

- Вместе с принятием нового Уголовного кодекса произошло изменение подсудности дел о некоторых видах преступлений, в том числе дел о шпионаже. Ранее подобные дела, независимо от личности обвиняемого, были подсудны только военным судам. Сейчас же их рассмотрение отнесено к компетенции краевых, областных и им равных судов. С 1997 года военные суды рассматривают дела о шпионаже, лишь совершенном военнослужащими.

Шпионаж как преступное деяние упоминается в двух статьях нового Уголовного кодекса. В статье 275 шпионаж назван одной из форм государственной измены, то есть умышленных действий, совершаемых гражданином Российской Федерации в ущерб внешней безопасности своей Родины. Статья 276 устанавливает ответственность за шпионаж, совершенный иностранным гражданином или лицом без гражданства.

Понятия государственной измены (измены Родине) и шпионажа как уголовно наказуемых деяний принципиально не изменились. Как и прежде под угрозой уголовной ответственности у нас не допускается передача, а также собирание, похищение или хранение в целях передачи иностранному государству либо иностранной организации сведений, составляющих государственную тайну.

Были и сложности, прежде всего, в квалификации действий, связанных с неправомерным распоряжением сведениями, составляющими государственную тайну. Причиной послужили некоторые нестыковки в законодательстве, касающиеся самого понятия государственной тайны. Дело в том, что ранее сведения, составляющие государственную тайну, и порядок обращения с ними определялись правительственными нормативными актами. Затем летом 1993 года вступил в силу Закон "О государственной тайне". Но с принятием в том же году новой Конституции Российской Федерации некоторые формулировки этого закона не вполне стали согласовываться с высшим законодательным актом государства.

- И насколько серьезными были эти неувязки?

- Судите сами. Закон, перечисляя сведения в области военной, внешнеполитической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности, распространение которых может нанести ущерб безопасности Российской Федерации, указывал, что лишь эти сведения могут быть отнесены к государственной тайне. И вопрос об их причислении к таковым решался соответствующими полномочными должностными лицами.

Однако Конституция в целях обеспечения права граждан на свободный поиск, получение и распространение информации предусматривает, что перечень сведений, составляющих государственную тайну, должен определяться непосредственно в федеральном законе.

Закон "О государственной тайне" был приведен в соответствие с конституционными требованиями лишь в 1997 году. Теперь все те сведения, которые ранее в законе признавались относимыми к государственной тайне, прямо были названы составляющими эту тайну. Вместе с тем в новой редакции закона, так же, как и в прежней, предусмотрено, что вопрос об отнесении той или иной конкретной информации к государственной тайне решается руководителями органов государственной власти, то есть на подзаконном уровне.

- Выходит, принципиальных изменений в признании сведений содержащими государственную тайну так и не произошло. И с момента принятия Конституции и до внесения изменений в закон в нашей стране вообще отсутствовала государственная тайна... - ... и любые действия, связанные со сбором и передачей за границу жизненно важных для государства сведений, не могли рассматриваться как шпионаж?

- Получается, что так.
- Именно такую позицию и заняли защита, а затем и суд по известному делу Никитина.

- Нельзя ли подробнее, Николай Александрович?

- Бывший военный моряк капитан первого ранга Никитин после увольнения с военной службы в 1995 году незаконно проник в библиотеку Академии Военно-Морского Флота, выписал там из закрытых изданий ряд сведений о состоянии российского ВМФ и передал их в Норвегию.

- И вот за это недавний Президиум Верховного суда России полностью оправдал Никитина, не найдя в его действиях состава преступления.

- Да, Президиум Верховного суда Российской Федерации отклонил протест Генеральной прокуратуры на оправдательный приговор в отношении Никитина.

Но сделал он это в том числе и потому, что согласился с мнением суда об отсутствии в России в 1995 году законодательно защищенной государственной тайны.

- У вас такая богатая судебная практика. И наверняка есть уголовные дела, которые отмечены чем-то необычным; не просто запомнились, а навсегда врезались в память?

- По-своему памятен практически каждый судебный процесс. Что же касается особенностей... Памятно дело об убийстве в Белоруссии. Где-то вскоре после окончания войны два советских солдата, позарившись на большое богатство, зарубили топором священника, его жену и малолетнего ребенка. Вместо денег и драгоценностей они обнаружили в погребе лишь небольшой бочонок топленого сала.

- Увы, сегодня такими преступлениями никого не удивишь.

- Я не столько о самом преступлении, сколько о его последствиях. Убийцам удалось бежать, и поиски их не увенчались успехом. Долгие годы, по-моему, лет 20, им удавалось скрываться от правосудия. Один уехал жить в Казахстан, другой обосновался где-то в Средней Азии. Но тяжкий груз не давал покоя и буквально изводил и того и другого. Почти одновременно, не сговариваясь, они пришли в милицию и сознались в совершении тяжкого преступления.

- Сняли грех с души?

- Примерно так они и говорили на судебном процессе. Но это - скорее исключение, чем правило. Обычно преступники стараются замести следы, переложить тяжкую ответственность на других. Никогда не забуду уголовное дело о массовом уничтожении мирного населения в Крыму в годы Великой Отечественной войны. Невозможно словами описать это лютое злодейство, случившееся в одном из концентрационных лагерей. Настолько оно меня поразило, что после процесса я даже ездил туда, чтобы собственными глазами посмотреть на место преступления.

Допросили наши следователи немцев, служивших в те годы в концлагере. По всем статьям получался суд над нацистскими преступниками. Но в последний момент отыскался единственный свидетель, чудом оставшийся в живых. Подросток, живым закопанный во рву вместе с другими заключенными, сумел выбраться из этой могилы. Он-то и рассказал на суде о прислужниках фашистов - крымских татарах, которые не по приказу, а по собственной инициативе издевались над беззащитными людьми, превращая последние минуты их жизни в кромешный ад. Так, на одной скамье подсудимых с фашистскими захватчиками оказались и изменники Родины, а суд превратился в процесс над предателями.

- Во все времена предательство считалось одним из самых гнусных преступлений, а участь мошенников была поистине ужасной. И, тем не менее, желающих торговать своей Родиной меньше не становится. Вы уже называли имена некоторых из них. Что движет этими, с позволения сказать, людьми и что может общество им противопоставить?

- Я уже говорил, что природа предательства остается неизменной: корысть, стяжательство, стремление разбогатеть неправедными путями. Пока есть государство, существуют и его тайны. Ну а охотников за ними меньше не становится. Они пускают в ход излюбленные методы: подкуп, шантаж, обман. Люди с ослабленным нравственным иммунитетом нередко попадают в искусно расставленные агентами иностранных спецслужб сети. Те, у кого хватает понимания глубины своего падения, находят в себе силы одуматься и прийти с повинной. Тех же, кто продолжает торговать государственными секретами, словно тряпьем на рынке, ожидает неумолимый суд Закона. И презрение общества.

Беседовал Александр Ручкин